Мир Технологии

Бронированный монстр. Первые в мире танковые дуэли

27 апреля 2016
Сегодня, много десятилетий спустя, такие машины кажутся нам жалкими и никчемными консервными банками. И сравнение их с современными Меркавой, Т90, Абрамсом, или Леопардом может показаться смешным. Но именно этим механическим динозаврам прошлого века, так же как и их экипажам, не знавшим автоматических наведений, климат контролей, умной брони и компьютерного управления, пришлось пройти самые кровопролитные войны в истории человечества.

На этой хроникальной кинозаписи 1918 года американские военные испытывают новейший на тот момент танк, купленный у Британской империи, а потом модернизированный американцами «Марк-8» – главный противник немецкого A7V на фронтах Первой мировой.

Современные копии этих двух танков соревнуется и сегодня. Правда, на фестивале военно-исторической реконструкции. Почти 102 года тому назад именно эти, сегодня кажущиеся нам забавными и нелепыми махины, впервые встретились друг с другом в самом первом танковом сражении в мировой истории.

А произошло это знаменательное событие в крошечном городке Виллер-Бретонне на севере Франции.

24 апреля 1918 года на захваченный во время немецкого наступления городок со стороны союзников выступило три английских танка «Марк-1», два из которых были оборудованы только пулеметами и лишь третий пушкой. В это самое время немцы попытались развить наступление и навстречу англичанам выехало несколько немецких танков…Столкновение двух танковых отделений стало неожиданностью для обеих сторон. Английские пехотинцы, пошедшие в атаку наряду со своими танками, не имели даже гранат и против немецких машин были бессильны, а немецкая артиллерия, занявшая позиции у Виллер-Бретонне не стала открывать огонь, побоявшись задеть собственные танки. Так началась самая настоящая танковая дуэль, в которой пехотинцы были всего лишь наблюдателями.

Первыми были выведены из строя два английских пулеметных танка – их пробили пушечные снаряды немецких машин. Но силы тут же уравнялись – два немецких танка попросту остановились посреди поля боя, увязнув в грязи. И дуэль продолжилась один на один. Немецкий танк, имевший на вооружение и пушки и пулеметы с бронебойными пулями, стрелял по «Марку», не двигаясь с места. Английский же «Марк» маневрировал, по полю, ведя огонь прямо сходу. А в это самое время двум увязшим в грязи немцам удалось выбраться и отступить. То же самое сделали и пробитые пулеметные «Марки» англичан. Наконец, единственный, оставшийся на поле боя британский танк пробил масляный радиатор немецкой машины, взамен получив от той повреждение гусеницы. Пока не вытекли последние остатки масла из радиатора, экипаж A7V принялся отступать. А посреди поля боя остался лишь танк англичан, который с разбитой гусеницей не мог ни отступать, ни преследовать немцев. Так, танковое сражение вничью формально стало победой британского танкового отделения – ведь в конечном счете поле боя осталось за ним.

Но самое первое в истории мировых войн сражение с участием танков, правда, лишь с одной из воюющих сторон произошло гораздо раньше танковой битвы при Виллер-Бретонне – в сражении на французской реке Соме 15 сентября 1916 года, спустя символических 9 месяцев после появления на свет первого боевого танка. И первопроходцами в этом стали британцы со своим все тем же танком «Марк-1».

Это выпуск российской газеты «Новое время», напечатанный осенью 1916 года. Редакция сообщает подданным Российской империи, что на полях сражений англичанами против германцев было применено супероружие, которое корреспонденты в своей статье называют сухопутным флотом.

Это было самое начало знаменитого наступления союзный войск на германцев при линии обороны в 10 километров. На участке при Соме на исходные позиции перед боем с немецкой пехотой, ровными рядами вышли 49 британских танков «Марк-1», которые только собирались получить свое боевое крещение. Правда, до линии фронта удается дойти только 32 машинам. Остальные ломаются не только не вступив в бой, но даже не выехав на поле боя.

В то время пока немцы пулеметными очередями косят британских пехотинцев, потери которых однажды за один день дошли до 20 тысяч человек, еще пять британских танков из тех 32-х, идущих им на подмогу, вязнут в болоте, у 9 просто отказывают двигатели. В итоге, до проволочных заграждений и пулеметных точек немцев со скоростью от 4 до 6 километров в час доходят только 18 танков. И не только доходят, но и продвигаются вглубь немецкой линии фронта на 5 километров. Но судя по воспоминаниям очевидцев того сражения, пусть маленького, но всё же успеха англичанам удалось добиться вовсе не благодаря мощи своих танков и мастерству экипажей, а за счет психологического воздействия на врага, никогда раньше не видевшего двигающихся и стреляющих железных монстров, похожих на динозавров.

Мало того, запечатлены этим танковым выступлением были не только немцы, но даже сами англичане. Например, очевидец той битвы – британский поэт Зигфрид Сэссон посвятит той психической атаке стихотворение с одноименным названием. Вот всего пара строк из него в русском переводе…

За танком танк, носами в ров.

Прямой наводкой бьют, создав заслон.

Пехота прет вперед.

Отражена на лицах лишь растерянность.

Кстати, в той же самой атаке при Соме, правда, не в качестве танкиста, а в качестве пехотинца, побывал и знаменитый лингвист, создатель трилогии «Властелин колец» Джон Рональд Руэл Толкиен, не меньше впечатленный увиденными там железными машинами. Не каждый из любителей фэнтэзи и творчества Толкиена знает, что в первоначальном варианте текста, потом, правда, не вошедшего в эпопею про Средиземье, Толкиен описывает механических драконов, наверняка навеянных танками, атакующими позиции немцев в сражении при Соме.

Однако, не смотря на произведенное на солдат впечатление, на самом деле, первые танки были куда опаснее для их экипажей, чем для врагов.

Броня в 5 миллиметров могла защитить танкиста разве что от пули. В случае возгорания танка экипаж моментально сгорал заживо. Двигатель от обычного трактора, установленный на 28-тонную махину не позволял в случае необходимости скрыться даже от обычного пехотинца с гранатой. А закинуть эту гранату с легкостью можно было прямо в окошко, служившее танкисту единственным прибором наблюдения.

Но главное, что многие танкисты – первопроходцы попросту не умели пользоваться этими девочками и мальчиками, так как не имели для этого ни опыта, ни образования…

Ведь первыми танкистами в Европе стали только что расформированные части гусар – то есть легких кавалеристов, привыкших скакать на лошади с саблей наголо в высоких киверах с плюмажем, в щегольских расшитых ментиках и ярких чикчирах. А для роли танкистов в эпоху технической революции эти воины поначалу подходили разве что за счет невысокого роста, свойственного гусарам и необходимого, чтобы поместиться в кабинке танка, напоминающей собачью конуру.

Не довелось стать танкистами в первой мировой войне разве что русским кавалеристам. Ведь наши танки в ее сражениях так и не поучаствовали. Просто потому, что главное военно-техническое управление Российской империи, не пожелало тратиться на производство танков. А ведь самые первые танки в мире, не смотря на английское слово «танк», обозначающее резервуары для жидкости, в которых во избежание утечки информации о разработке секретного оружия британцы перевозили запчасти своих первых бронемашин, были изобретены не в Великобритании, а именно в России.

Первый в мире танк был сконструирован еще за 5 лет до британского сыном создателя периодической таблицы химических элементов Дмитрия Менделеева Василием Менделеевым. 

Вес этого гиганта составлял 173 тонны, толщина лобовой брони достигала 150 миллиметров, в отличие от 5 миллиметров на европейских танках. И не смотря на такую массу, эта машина, называемая «Бронеход», была способна передвигаться со скоростью до 24 километров в час вместо максимальных 6 километров у британских танков. При этом в боекомплект «Бронехода» помимо пулемета входила 125 миллиметровая крупнокалиберная пушка. Только представьте – пушки такого калибра устанавливаются на все современные нам российские танки. И это сегодня, сто лет спустя после изобретения Менделеева! Однако главное военно-техническое управление масштабный и явно перспективный, но не дешевый проект не одобрило.

Тогда, уже в 1914 году, когда началась первая мировая, изобретатель из Риги Александр Пороховщиков, дед знаменитого советского и российского актера Александра Пороховщикова, предложил военно-техническому управлению собственный проект танка под названием «Вездеход», и получил на разработку и сборку опытного образца почти 10 тысяч рублей. Всего через три с половиной месяца после этого танк был собран, 18 мая 1915 года он выехал из мастерской Пороховщикова на улицы Риги.

Корпус «Вездехода» был обтекаемой формы – специально чтобы защитить танк от снаряда, попавшего вскользь. При этом броня в 8 миллиметров толщиной не позволяла пробить танк из пулемета или винтовки даже в лоб. Но главным достоинством «Вездехода» был его вес – всего 4 тонны, и скорость в 24 километра в час. Единственное что подвело конструктора, как выяснялось с приходом зимы: «Вездеход» оказался неспособным двигаться по снегу. И проект был заморожен – денег на доработку своего детища конструктор не получил.

Зато перспективный танк оценил член французского консультативного комитета по артиллерии полковник Жан-Батист Эжен Эстьен, побывав на зимних испытаниях «Вездехода» в России на правах союзника.

Вот этот человек, который едва не приобрел лавры отца французского танкостроения. Нет, не потому, что он изобрел более продвинутую машину, а потому что именно он, дав взятку чиновникам российского военного управления, добился заморозки проекта Пороховщикова, а потом сумел выкупить и технический паспорт его изделия.

Вернувшись на родину, Эстьен предложил выкупить у него чертежи известному автомобильному магнату Луи Рено. Однако тот оказался хитрее ловкого полковника и, изучив документацию, не стал платить Эстьену денег, а просто при помощи своего главного конструктора Рудольфа Эрнста Мецмаира создал на основе проекта Пороховщикова собственный танк – Рено FT17, который вскоре стал одним из самых знаменитых танков Первой мировой войны.

И, встав на гусеницы, танк «Рено» не только пройдет по Европе во время Первой мировой, но и дойдет до нашей страны вместе с интервентами.

Однако именно во время интервенции один из танков «Рено» FT 17 будет подбит и захвачен красноармейцами под Тирасополем, а потом подарен Владимиру Ильичу.

Именно тогда Ленин отдаст приказ о серийном производстве копий танков Рено FT 17, которые переименуют КС – то есть «Красное Сормово». Так назывался выпускающий завод, а потом эти копии будут модернизированы в МС-1 – малый танк сопровождения. Этот танк советская Россия примет на вооружение в 1925 году.

Сегодня, много десятилетий спустя, такие машины кажутся нам жалкими и никчемными консервными банками. И сравнение их с современными Меркавой, Т90, Абрамсом, или Леопардом может показаться смешным. Но именно этим механическим динозаврам прошлого века, так же как и их экипажам, не знавшим автоматических наведений, климат контролей, умной брони и компьютерного управления, пришлось пройти самые кровопролитные войны в истории человечества. 

Комментариев пока нет

Новости партнёров