Соседи Технологии А чего это вы там делаете, а?

Биологические лаборатории США работают вокруг России

30 августа 2017
На территории бывшего СССР министерство обороны США активно создаёт сеть биологических лабораторий, которые используются для опытов над «живым туземным материалом» и для нанесения скрытых биологических атак…

Для чего Пентагону биологическая «петля анаконды» вокруг России?

По поводу референс-лабораторий, развёрнутых Министерством обороны США в бывших советских республиках, существуют два устойчивых мнения. Первое: Соединённые Штаты после развала СССР обеспокоены, во-первых, условиями хранения патогенов и, во-вторых, не исключают вероятность биологической атаки на Америку.

Глобальный американский проект имеет целью свести к минимуму эти угрозы, оттого и вкладываются десятки и сотни миллионов долларов в лаборатории в Армении, Азербайджане, Киргизии, Казахстане, Грузии, Узбекистане, Молдове, на Украине – дескать, в этих странах возможны утечки в окружающую среду опасных штаммов микроорганизмов.

При этом не объясняется, каким образом, например, Армения или Узбекистан могут организовать биологическую атаку на США и почему лаборатории в основном располагаются в больших городах с высокой плотностью населения или на близком от них расстоянии: ведь гораздо логичнее, коль существует даже минимальная угроза утечки патогенов, строить такие объекты в пустынной местности, чтобы исключить вероятность эпидемии.

Кроме того, участие американского военного ведомства в проекте «снижения угроз» вызывает справедливые подозрения в том, что деятельность референс-лабораторий может иметь двойную цель. Собственно, в этом состоит второе мнение: американские биологические программы в постсоветских государствах – это способ обойти Конвенцию о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и их уничтожении 1972 года.

«Пентагоном сейчас, в настоящее время, развернута большая программа по созданию референс-лабораторий. Практически всё наше южное подбрюшье они охватывают – находятся в территориальной близости», – говорит военный эксперт, бывший советник Генсека ООН по химическому и биологическому оружию Игорь Никулин.

В Узбекистане первая национальная референс-лаборатория открылась в 2007 году в Ташкенте. В 2011 году ещё две – в Андижане и Фергане, в 2016 – в Ургенче (Хорезмская региональная диагностическая лаборатория). Все они созданы за деньги Агентства по сокращению военной угрозы (DTRA), подразделения Министерства обороны США. Сеть лабораторий в Узбекистане намного шире, биолаборатории есть в Бухаре и Сурхандарье, Каракалпакстане и Самаркандской и Ташкентской областях. Просто известно об этих объектах крайне мало – их деятельность скрыта от общественности.

В августе 2011 года в Ташкентской области вдруг вспыхнуло неизвестное заболевание, симптоматически очень похожее на холеру. Врачи не комментировали ситуацию, хотя только за сутки 31 августа в больницу городка Янгиюль поступили 70 заболевших. «Некоторых пациентов привозили сюда в настолько тяжелом состоянии, что из-за резко упавшего давления они переставали дышать. Врачи бежали к ним, на лестницах, в коридорах, возле машин скорой помощи делали им немедленное искусственное дыхание. Накрывали халатом рот и вдыхали в них жизнь», – рассказывали на условиях анонимности медики. При этом информация о локальной эпидемии максимально ограничивалась.

В 2012 Узбекистан накрыло новое заболевание, которое практически одномоментно унесло жизни более 10 человек. Тогда старшая дочь бывшего главы узбекского государства Гульнара Каримова упрекала чиновников от медицины в бездействии – они практически не занимались выяснением причин гибели людей от неизвестного вируса.

Весной 2017 года в Ташкенте началась эпидемия ветряной оспы (по-узбекски – «сув-чечак»). Но в больницах врачи указывали другой диагноз – «аллергический дерматит», чтобы скрыть распространение болезни, поражавшей и детей, и взрослых.

Реальной статистики инфекционных заболеваний в Узбекистане не существует, на бумаге вспышки опасных заболеваний неизвестной природы превращаются в «единичные случаи». Выглядит это как минимум странно при столь активной деятельности DTRA по «уменьшению биологических угроз» в стране: при наличии современнейших референс-лабораторий люди вдруг оказываются заражёнными «неизвестными» патогенами!

…В сентябре 2005 года в американской газете Chicago Tribune вышла статья «США получает из бывшей советской республики патогенные микроорганизмы». Рассказывалось в ней о том, что «более 60 опасных и смертоносных видов бактерий, являющихся наследием масштабной программы бывшего Советского Союза по вопросам биологического оружия, были перевезены из Азербайджана в США». «Это было одним из шагов совместной борьбы двух стран против угрозы биологического терроризма. Образцы бактерий, в том числе виды, вызывающие чуму и сибирскую язву, в рамках секретной миссии были доставлены из Баку в США на военном самолете», – писала тогда Chicago Tribune.

На самом же деле Азербайджан отдал США не 60, а 124 образца 62 уникальных видов возбудителей чумы, сибирской язвы, холеры и других опасных болезней, образцы были перевезены в Институт патологии вооружённых сил США (Вашингтон). Азербайджан в этом смысле не одинок: известно, что свои биологические коллекции патогенов передали Соединённым Штатам и другие бывшие республики СССР, в частности Украина и Грузия.

После распада СССР Азербайджан получил в наследство «противочумную» сеть объектов, состоящую из 6 НИИ, 29 региональных и 53 полевых биостанций. Работали здесь не только с чумой, но и с рядом других опасных инфекций – бруцеллёзом, сибирской язвой, туляремией и другими патогенами.

Ставшую практически безхозной (как и в других бывших республиках Союза) структуру уже в 90-х включили в поле своего зрения Соединённые Штаты, в 2005-м Министерство обороны США подписало с Азербайджаном многоговорящее соглашение «О сотрудничестве в сфере технологий и патогенов, связанных с развитием биологического оружия и нераспространения информации в этой сфере». И работа по «уменьшению биологических угроз» закипела.

Строительство центральной референс-лаборатории (CRL) в Баку было завершено в 2013 году – она специализируется на исследовании патогенных микроорганизмов в образцах человеческого и животного происхождения. Разумеется, деньги (около $170 млн) на обновление сети азербайджанских биолабораторий расходовало всё то же Министерство обороны США, в частности DTRA.

В 2012 году была открыта биолаборатория Министерства обороны Азербайджана – также за деньги DTRA – по программе Пентагона «совместного биологического участия». Кроме того, построены и модернизированы около 10 станций биологического мониторинга в разных районах Азербайджана в тех же рамках сотрудничества с американцами.

То есть на территории азербайджанского государства Министерство обороны США развивает сеть, нацеленную на исследования патогенов и биомониторинг. Если во времена СССР наличие такой сети в советской республике выглядело целиком логично, то теперь цели создаваемого американцами исследовательского биокомплекса за пределами США нельзя объяснить только заботой о сохранности патогенов (для этого было бы достаточно хранилищ) или благотворительностью, которой США никогда не отличались.

Министерство обороны США строит таким образом «биологические сети» не только в Азербайджане, но и в других бывших советских республиках. Схема одна и та же: одновременно с центральными референс-лабораториями создаются и полевые станции биологического мониторинга. Просто информация об этом скрыта от общественности: например, на Украине, напичканной CRL и пережившей вспышки и эпидемии серьёзнейших заболеваний как у людей, так и у животных, невозможно отыскать в прессе расследований на тему биологических угроз – в прессу выплеснулся разве что скандал со строительством биолаборатории под Харьковом, когда начались протесты местных жителей.

Всё остальное покрыто мраком тайны, хотя африканская чума регулярно косит поголовье свиней, птичий грипп убивает куриный экспорт, а жизни и здоровье граждан Украины то и дело уносят «неизвестные» вирусы. В это время в стране действуют около 15 референс-лабораторий и мониторинговая сеть биостанций!

Как понять, что Министерство обороны США, опутав Украину сетью биологических объектов, призванных уменьшать угрозы, постоянно демонстрирует свою беспомощность перед «неизвестными» вирусами и эпидемиями, уничтожающими животноводство? Но всё становится на свои места, если предположить, что это сеть двойного назначения.

Конечно, сложно представить, что в странах-членах ОДКБ могут существовать лаборатории, нацеленные на создание биологического оружия. Однако США и не проявляют настойчивости в этом вопросе: на каком-то этапе вполне достаточно изучения влияния патогенов на генофонд, а изобретать вирусы и бактерии с необходимыми свойствами можно и в другом месте, главное – иметь данные.

Учитывая сложности выявления источника биологического заражения, всегда можно списать эпидемию на перелётных птиц, диких животных, насекомых или грязную воду. А с приходом к власти других правительств (вспомним вооружённый переворот 2014 года на Украине и попытки расшатать ситуацию в Армении и Казахстане) может пригодиться и двойное назначение уже созданных и работающих биосетей. Американцы, щедро спонсирующие сегодня биолаборатории в бывших советских республиках (в том числе и в странах-членах ОДКБ) думают и про завтрашний день, и про послезавтрашний.

В проект Алматинской CRL в Казахстане они направили около $130 млн, всего с 1992 года по разным программам «уменьшения биологических угроз» освоены более $170 млн. С благородной, казалось бы, целью – «легче предупредить на дальних подступах от Америки», как утверждал бывший директор Казахского научного центра карантинных и зоонозных инфекций, на базе которого построена CRL. Лаборатория уже введена в эксплуатацию, она будет исследовать особо опасные инфекции.

«На слухи о планируемом изготовлении тут биологического оружия заявляю, что это противоречит международным обязательствам Казахстана», – заявляет новый директор научного центра Бахыт Атшабар. По его мнению, нет ничего удивительного в том, что CRL профинансировало Министерство обороны США: «…сфера сокращения оружия массового уничтожения находится в его ведении». Вот так всё просто.

CRL в Алматы называют стратегическим «информационно-аналитическим ресурсом», «крупной исследовательской базой» – это 4-этажное здание высокой сейсмоустойчивости, оснащённое многоуровневой охраной. Лаборатория ориентирована на «уменьшение биологических угроз» не только в Казахстане, но и «во всём регионе»: именно так определена задача Алматинской CRL в видеоматериале, посвящённом введению её в эксплуатацию.

О мирной миссии референс-лабораторий говорят на официальном уровне и в Армении: здесь в 2016—2017 годах запускается в работу биосеть с центрами в Ереване, в Гюмри, Иджеване и трёх областях – Лорийской, Гегаркуникской и Сюникской. Щедрые подарки, стоимость которых уже превышает $18 млн, армяне получили от Пентагона. Страна-член ОДКБ устами чиновников и учёных выражает убеждённость в том, что страсти вокруг референс-лабораторий разжигаются беспочвенно – ни о каком биологическом оружии не может быть и речи, цели Министерство обороны США преследует самые что ни на есть благородные: «уменьшение биологических угроз», мониторинги, научные исследования.

В общем, пасторальная картинка: американские военные в образе голубей несут в клювах бывшим советским республикам мирные биологические лаборатории – и всё для того, чтобы какой-нибудь путешественник из Армении или Казахстана случайно не заразил американцев известным или «неизвестным» патогеном. Да и птицы местные могут махнуть в гости к американским фермерам и там устроить эпидемию. Но никто при этом не знает и не может знать конечных целей военного ведомства США, а примеры Украины и Грузии полностью опрокидывают точку зрения о высокой благотворительной миссии Пентагона.

Грузия в 2002 году подписала с Министерством обороны США типовое соглашение с мутным названием «О сотрудничестве в сфере технологий и патогенов, связанных с развитием биологического оружия и нераспространения информации в этой сфере», в 2003 году его ратифицировал грузинский парламент. В сентябре 2004-го в Тбилиси приехал американский сенатор Ричард Лугар, итогом этого визита стала договорённость о создании Центра общественного здоровья (биолаборатории) под Тбилиси в посёлке Алексеевка, неподалёку от международного аэропорта. Странный выбор места для строительства биологически опасного объекта не смутил грузинское руководство.

В 2006 году, когда биолаборатория, по официальным данным, ещё находилась в процессе создания, там уже вовсю велись исследования, а после очередного визита сенатора, именем которого названа программа «сокращения биологических угроз», парламент Грузии засекретил деятельность Центра Лугара.

Вот так, по крупицам, можно восстановить полный план действий Пентагона по плетению сетей биологических объектов в бывших советских республиках: сперва в 90-х подписывались общие соглашения о разоружении, в 2000-х – совершенно конкретные «о сотрудничестве», следом за ними Министерство обороны США принималось строить и модернизировать биолаборатории и биостанции (а там, где власть сменилась на проамериканскую, исследования и мониторинги начинались одновременно с созданием биосети).

Об угрозах биолабораторий заговорили только в последние несколько лет, уже после того, как полыхнуло на Украине и в Грузии. Поэтому вполне можно понять тех, кто считает, что в Казахстане и Армении не стоит поднимать вопрос об опасности CRL, построенных и оборудованных за деньги Пентагона: американцы готовы идти к своей конечной цели долгие годы и, разумеется, сеть, создаваемая сейчас, проявит своё истинное назначение не сегодня, а тогда, когда придёт время.

Так случилось с биолабораторией в грузинской Алексеевке, которая была введена в эксплуатацию в 2011 году. На этапе создания и до 2013 года этот объект не был подконтролен правительству Грузии и работал на задачи Института Уолтера Рида армии США, в военной литературе он значился как «действующее за рубежом исследовательское подразделение». То есть в двойном назначении этой биолаборатории не приходилось и сомневаться.

Что до стоимости этого объекта, грузинские чиновники изначально называли цифру $15 млн, со временем она выросла до $95 млн, сенатор Лугар говорил о $30 млн, а позднее в прессе всплыли данные о $250—300 млн, потраченных Пентагоном то ли на один Центр Лугара, то ли на весь грузинский проект «уменьшения биологических угроз», включающий объекты в Тбилиси, Кутаиси, Кобулети и сопутствующую сеть биостанций.

Учитывая секретность объекта в Алексеевке и отсутствие государственного контроля на протяжении ряда лет, невозможно установить его истинную стоимость и характер проводимых в биолаборатории исследований. После смены власти в Грузии в 2013 году Центр Лугара формально был закрыт, а имущество сети (22 лаборатории) передано структуре, подконтрольной министерству здравоохранения, труда и социальных вопросов.

Но до 2015 года де-факто Пентагон оставался и хозяином грузинской биологической сети, а спонсором исследований и мониторингов является по сей день. Грузия только с 2018 года планирует полностью финансировать биологические лаборатории из бюджета, но не придёт в голову, что военное ведомство США потеряет контроль за созданными за американские деньги объектами на грузинской территории.

Первым, кто обнародовал информацию об угрозах проекта Лугара в Грузии, был советник бывшего президента Грузии Михаила Саакашвили, американский журналист Джеффри Сильверман. «В лаборатории Лугара, расположенной в окрестностях Тбилиси, производят опасные для здоровья вещества и испытывают их на местном населении. Уверен, что в Грузии над животными и людьми проводятся опасные эксперименты», – рассказывал он прессе, будучи уверенным, что создание биолабораторий Пентагоном является обходным манёвром по отношению к Конвенции 1972 года.

По данным Джеффри Сильвермана, в 2013 году был случай инфицирования персонала Алексеевской лаборатории, тогда людей лечили тайно, чтобы информация об инциденте не просочилась в СМИ. О таком же случае рассказывают и жители Алексеевки: в 2012 году заболели четверо филлипинцев, работавших в лаборатории, двое из них скончались.

В России обвиняют грузинскую сеть биолабораторий в занесении на российскую территорию африканской чумы свиней. А в Абхазии «вдруг» обнаружили смертоносных комаров. «Недавно в Абхазии были зафиксированы случаи появления комаров – переносчиков вируса Зика. Никогда в северном полушарии они вообще не появлялись. Это исключительно южноамериканский комар. Но тем не менее он уже появился, и это неспроста. Это вирус, сконструированный в лаборатории. И даже можно сказать в какой. В американской лаборатории», – говорит Игорь Никулин.

А в Казахстане тем временем проводятся учения по локализации вируса Эбола – вдруг в Америку прилетит заражённый этой доселе невиданной заразой турист? Тут и американские лаборатории на подхвате: исследуют, насколько устойчиво население Казахстана к заболеванию в случае заражения, как действует патоген на казахов. Эти данные позволят уже в другой лаборатории другой страны получить патоген с новыми свойствами, и уже другой инфицированный турист спустится с трапа самолёта в Алматы. Или в Киеве. Или в Ереване.

Пентагон точно знает, для чего Соединённым Штатам сеть биологических лабораторий вокруг России. Только в бывших советских республиках продолжают верить в благородных американских военных, которыми движет исключительно мотив «уменьшения биологических угроз».

Как показывает украинский опыт, всё обстоит наоборот.

Узбекистан, Казахстан, Азербайджан, Грузия, Армения, Украина…

Знаете, у меня вот только один наивный вопрос: а российские спецслужбы что, об этом как бы не знают?

А если знают, то… как минимум в Казахстане… почему это стало возможным?

И, чтоб не нарушать традицию

Зачем Пентагону живые ткани русских?

Учебное авиационное командование американских ВВС опубликовало контракт на покупку образцов РНК – живых тканей россиян европеоидной расы. Соответствующий тендер размещен на сайте государственных закупок США. Пентагону необходимы, в частности, образцы молекул РНК, которые участвуют в реализации генетической информации человека. Доноры должны быть здоровы. Образцы тканей с Украины не рассматриваются. Информация наталкивает на размышления.

Учебное авиационное командование, которое занимается профессиональным отбором летчиков и техников, конечным потребителем «живых тканей» из России не является. Военно-воздушные силы имеют 59-е медицинское крыло, впрочем, Пентагон менее всего напоминает международное министерство здравоохранения и вряд ли всерьез озабочен здоровьем людей на постсоветском пространстве. Вероятнее всего, заказ российских образцов РНК связан с разработкой, испытаниями и подготовкой к боевому применению биологического оружия.

Арсенал ядерного оружия США значителен, однако устраивать даже ограниченный ядерный конфликт Пентагону не с руки, ведь «отрикошетит». Биологическая война очень эффективна и не разрушает экономическую инфраструктуру. Имеются все возможности для третьей мировой войны в формате направленных эпидемий.

Биологическое оружие способно избирательно и быстро уничтожить живую силу противника, победителю останется лишь «убрать мусор» на территории завоеванных стран. И сеть военно-биологических лабораторий США по соседству с Россией расширяется, охватывает Грузию, Украину, Казахстан и другие страны.

Отработка применения

Вспышки опасных инфекций чаще возникают в Африке и Южной Азии, однако Пентагон проявляет повышенный интерес к странам СНГ, в которых сохраняется относительно благополучная эпидемиологическая обстановка. Не исключено, что изучение природно-очаговых инфекций на территории стран СНГ позволяет создать целый арсенал оружия, которое можно использовать скрытно. Для подозрений у нас есть основания.

Вспышку сибирской язвы на Севере России летом прошлого года связали с потеплением климата, хотя болезнетворные микроорганизмы могли быть доставлены с юга перелетными птицами (их несложно отловить и «зарядить» накануне сезонной миграции). И неслучайно на Ямале в августе 2016-го запретили охоту на дичь. Диагноз «сибирская язва» подтвердился у 24 жителей тундры, пришлось уничтожить более 2,5 тысячи зараженных оленей. Подобная вспышка не наблюдалась 75 лет, так ли виноват климат? Диверсионные операции, направленные на уничтожение коренных народов Севера, подрыв экономики страны (уничтожение поголовья скота, дискредитацию российской продукции на мировом рынке) полностью исключить нельзя.

Настораживает и сильнейшая в истории Африки вспышка лихорадки Эбола 2014 года, которая могла быть рукотворной (от заболевания скончались 6583 человека). Там на потепление климата не спишешь. Этнически ориентированные вирусы или бактерии не были фантастикой даже во времена освоения колонистами Южной и Северной Америки. Нынешний уровень генной инженерии, синтетической биологии может сделать явью самый мрачный голливудский фильм на тему зомби.

Некоторые эксперты считают диверсией вспышку африканской чумы свиней в России (2012-2013 годы) и утверждают, что атипичная устойчивость вируса к условиям северных широт могла быть привита лишь в лабораторных условиях. Ранее подобные операции американцы проводили против Кубы.

Между тем в 2001 году Соединенные Штаты искусственно блокировали механизм взаимного контроля, эпидемиологическую ситуацию в мире оценивают в одностороннем порядке, дистанцируются от Женевской конвенции 1972 года о запрещении бактериологического оружия. Иностранным инспекторам попросту отказано в доступе к объектам за пределами территории США.

Россия настойчиво добивается соблюдения условий международной конвенции. Москва не раз требовала от Вашингтона гарантий безопасности военно-биологической программы Пентагона. Не пришлось бы в перспективе ликвидировать стратегические запасы биологического оружия на территории ближайших соседей высокоточными средствами – для гарантированной чистоты.

Секретные объекты

Современные технологические достижения и открытия в области биологической науки и генетики позволяют утверждать, что бактериологическое и генно-биологическое оружие существует и способно истреблять живую силу противника в зависимости от цвета кожи и ряда других расовых признаков. Необходимо лишь системно изучить влияние новейших вирусов на конкретный генотип. Пригодятся и старые наработки.

В обмен на американскую помощь Украина, Грузия, Азербайджан и Казахстан не только предоставили свои территории для биологических экспериментов Пентагона, но и передали США свои коллекции возбудителей опасных болезней (в том числе советские боевые штаммы микроорганизмов). И теперь под прикрытием гуманитарной миссии (обеспечение биологической безопасности постсоветских республик) потенциал военных лабораторий США в ближнем зарубежье может быть использован против России.

Американские исследователи работают в режиме строгой секретности, декларируют всего лишь изучение природно-очаговых инфекций региона дислокации. Независимость биологических лабораторий Пентагона от страны пребывания позволяет практически бесконтрольно заниматься экспериментами с опасными вирусами и бактериями, проводить различного рода биологические атаки, то есть на практике проверять влияние своих «продуктов» на здоровье населения. За примерами далеко ходить не надо.

Генетическая близость российских и украинских граждан и соглашение между Минздравом Украины и Министерством обороны США (от 29 августа 2005 года) предопределили открытие «чертовой дюжины» американских военных лабораторий на Украине – в Киеве, Одессе, Херсоне, Тернополе, Ужгороде, Виннице, Харькове, Львове, Днепропетровске. Интересы Пентагона вполне прозрачны. Позиция украинского Минздрава вызывает лишь изумление, слишком велики риски подобного сотрудничества.

В Грузии также имеется сеть военно-биологических лабораторий США, включая хранилище высокоопасных субстанций на военной базе в окрестностях Тбилиси. Все объекты построены на средства Пентагона, и только в Грузии потрачено более 100 миллионов американских долларов (в Казахстане – 108 миллионов долларов). Вероятно, цена объектов включает дорогостоящее оборудование двойного назначения. Формально – грузинские специалисты вместе с американскими занимаются проблемами профилактики вирусных заболеваний, но бюджет одной лаборатории сопоставим со всем бюджетом грузинского здравоохранения.

Подобные объекты дают потенциальному противнику огромные возможности для «чистых» наступательных операций на чужой (соседней) территории. Самая большая опасность – невидимая.

источник

Комментариев пока нет