Украина Общество

«Правый Сектор» начинают бить по всей Украине

31 мая 2016
«У пана атамана нет золотого запаса, а без золотого запаса хлопцы стали разбегаться в разные стороны. Если так пойдет дело дальше, я тоже куда-нибудь разбегусь».

27 мая в Одессе основательно подзабытый уже «Правый сектор» попытался вновь «показать зубы». Радикалы устроили потасовку в здании суда, который решили перевести фигуранта «дела 2 мая», россиянина Евгения Мефёдова, под домашний арест. Такой оборот дела агрессивным русофобам очень не понравился, и они применили единственный известный им метод аргументации – насилие. Суд быстро «слился», оставил Мефёдова под стражей, и адвокат Матвей Цзен безусловно прав, говоря: 

«На Украине монополия на насилие принадлежит не только государству, но и многим другим силам. В том числе «Правому сектору», а также разного рода добровольческим батальонам и иным криминальным структурам. Поэтому мы и видим, что достаточно пригрозить суду, и он вынесет решение в интересах той или иной стороны, что, конечно, никакого отношения к правосудию не имеет».

Но статья не о том, что «правосеки» не любят русских (эка новость!), а о том, что у политических хулиганов наверняка были и иные мотивы действовать, помимо чисто идеологических.

Сейчас ситуация с финансированием в ПС просто никакая. Новый глава организации Андрей Тарасенко во всеуслышание заявил, что спонсоров у «правосеков» теперь нет – были, дескать, во времена Яроша, а как Ярош ушел, так и спонсоры все разбежались.

Это чудесное правдолюбие, конечно, проливает свет на очень многие особенности деятельности ПС в прошлом («финансировал Корбан»), но нам интересно настоящее – бедное, скатывающееся к нищете и неизбежной анархии. 

«У пана атамана нет золотого запаса, а без золотого запаса хлопцы стали разбегаться в разные стороны. Если так пойдет дело дальше, я тоже куда-нибудь разбегусь» — со времен свадьбы в Малиновке в среде бандитских атаманов ничего не поменялось.

И таки шо теперь делать? Вывод один: зарабатывать везде, где можно. А так как сфера применения навыков и умений толпы безработных мужиков с отчетливой «спортивно»-криминальной прослойкой очень ограничена, то о том, «где можно», узнаем из новостей.

Вот, скажем, Черкасская область, село Плескачовка – «правосеки» выступали на стороне некоего инвестора, который хотел отжать у селян их земельные паи. Селянам во главе с сельским головой это совсем не нравилось, за что голова и получил по голове (уже такие сейчас в Украине каламбуры, да), а потом началась массовая драка между наемниками из ПС и крестьянами.

Я, честно говоря, в шоке от самой «зашкваренности» проекта, на который подписались бравые «херои» — отобрать у крестьян землю. Участвовать в переделе сфер влияния крупного или среднего бизнеса – ну, это куда не шло… но забирать у нищих селян последнее, землю – это уже просто кранты какие-то! Дальше падать некуда, дальше только конфеты у детей отбирать!

Все это говорит о том, что с источниками хоть какого-то финансирования, пусть даже полукриминального, у ПС сейчас все очень тухло. В этом свете драка в Малиновском суде Одессы выступает в новом свете – как самопрезентация и самореклама, как «демонстрация возможностей», которую можно предъявлять потом «работодателю» под маркой «у нас бойцов много, все здоровые, отмороженные, мусоров не боимся, нам любое дело по плечу».

Вот и «рекламное фото» зондеркоманды (в буквальном переводе с немецкого – «спецподразделения», спецподразделения по разрешению бизнес-конфликтов)

Есть, однако, существенный нюанс – украинское государство, стремительно превращающееся из полуфеодально-«батальонного» в авторитарно-карательное, терпеть таких наемников больше не намерено. И очень красноречиво об этом намекает пожизненными сроками – который, например, «светит» главе закарпатского «Правого сектора» Александру Сачко: «Глава закарпатского отделения Правого сектора Александр Сачко сообщил, что Генпрокуратура вручила ему подозрение в бандитизме, злостном сопротивлении правоохранителям, хулиганстве с особым цинизмом, убийствах, организации и руководстве бандой, а также еще в ряде тяжелых преступлений. Прокуратура подозревает активиста в совершении 15 преступлений. Если все эти обвинения в суде удастся доказать, ему грозит пожизненное заключение».

Вот облом-то: еще два года назад бандитизм, злостное сопротивление правоохранителям, организация банд и хулиганство с особым цинизмом (обливание зеленкой, запихивание людей в мусорные баки) были безнаказанными и социально-одобряемыми действиями, а сейчас… «Никто не забыт, ничто не забыто», пожалуйте на пожизненное, будьте-нате. Остается только в суде рвать чуприну и визжать: да я ж за народное счастье старался, за идею!

Так что «Правому сектору» фитилек стоит прикрутить. Коптит сильно.

Григорий Игнатов

Комментариев пока нет

Новости партнёров