Запад Политика Империя добра

Как бывший советник бывшего украинского президента сумерки России предсказывал

06 сентября 2016
Из политического тупика труднее всего разглядеть формы политики. Но перед нами — виртуозный пример такого взгляда. Известный некогда атлантист и советник украинских президентов Брюс Джексон в 2013 году написал свои предположения «дна политического отчаяния».

От перезагрузки к аварийному прыжку?

Долгое время большинство американцев полагали, что политически и экономически слабая Россия выгодна Америке. Однако этот исход выглядит уже не столь привлекательно, если перестает быть лишь теоретической вероятностью. Великая рецессия в России вернет ее в ситуацию 1990–1991 годов. В этом случае энергетические поставки России станут более ненадежными. Германия должна будет прекратить свои значительные прямые инвестиции на Восток, что обернется массовыми потерями для немецких банков. Торговля между ЕС и Россией переживет полный обвал. (Заметьте, что американский сланцевый газ не придет в Европу как сжиженный природный газ до 2020 года. Пока что у США в изобилии запасов сланцевого газа, на повестке дня — обозначившиеся экологические проблемы в связи с расширением местной добычи, согласование экспорта газа с Конгрессом и, кроме того, переоборудование американских хранилищ для сжиженного природного газа под сжиженный сланцевый газ, не говоря уже о реконструкции всей системы газоснабжения, а этот процесс займет годы.)

Европа войдет в более глубокую рецессию. Московский либеральный средний класс и технократические олигархи немедленно эмигрируют на свои виллы соответственно в Черногории и в Майами. Китай может обнаружить свои выгоды на Дальнем Востоке. Естественно, Китай заявит о своих правах на энергетические ресурсы в Туркменистане и Центральной Азии. У Путина не останется иного выбора, кроме как национализировать стратегическую индустрию, чтобы защитить то, что еще сохранилось, оставив инвесторов в FTSE (Лондонская фондовая биржа) и NYSE (Нью-Йоркская фондовая биржа) с огромными потерями. Я бы мог продолжить, но это будет еще менее оптимистично.

Дело в том, что если «Леман бразерс», бывший третьим в рейтинге инвестиционных банков Нью-Йорка, смог ввергнуть мировую экономику в финансовый кризис, то представьте себе социальное и экономическое воздействие от банкротства «Газпрома» или «Русала». Как минимум, мы лишимся российской энергии, рынок рухнет, экономический рост прекратится, и это пробьет громадную брешь в евроатлантической системе и затормозит выздоровление по обе стороны Атлантики. Отсюда очевидны три вывода для политиков, и все три являются обоюдоострыми, причем не без иронии.

1. Отношение в России к диссидентам, Агентству США по международному развитию (USAID), НКО показывает, что нам следует отказаться от политики перезагрузки и совершенно прекратить всяческие разговоры с Путиным, однако именно в этот момент мы должны усилить деловую составляющую отношений с Россией — чтобы защитить наши экономические интересы.

2. Именно тогда, когда ЕС наконец готов предъявить иск «Газпрому» за десятилетия вопиющего, запугивающего Европу рыночного поведения, мы должны будем помочь путинской реформе, реструктурированию и — я должен сказать это — «спасти» «Газпром» в наиболее эффективной из доступных для нас форме. Словом, в данный исторический момент ЕС не может предъявить «Газпрому» иск ни много ни мало на 13,1 миллиард долларов, не перерезав себе горла [10].

3. И, наконец, именно тогда, когда рыночные силы наконец начали поставлять в Европу энергию по реальным рыночным ценам, нам нужно тщательно подумать, как постепенно привести в действие единый рынок, не разрушив крупные отрасли промышленности и не оставив без работы миллионы рабочих на Западе.

Словом, функционирующая и процветающая сумеречная Россия, по поводу которой мы испытываем раздражение из-за постсоветской политической культуры и хронической коррупции, гораздо предпочтительнее безлунной экономической полночи, покрывающей пространство от Карпат до границы Китая.

От разделенных ценностей к грубому влиянию?

По иронии судьбы, Украина является уникальной страной, на которую сваливается огромное количество советов и поручений с Запада, но которая при этом не может дать нормального ответа на какую-либо рекомендацию. Благонамеренное осуществление общих политических норм вовсе не сделало эти нормы и ценности жизненно важными и не помогло освобождению бывшего премьер-министра Ю. Тимошенко из-под стражи. Конечно, было бы слишком некрасиво так говорить, Ю. Тимошенко не хуже своих преследователей, но вряд ли она намного лучше их. Однако политический вопрос заключается в том, можно ли назвать важнейшими для Европы и США целями на Украине освобождение Ю. Тимошенко, ее возвращение в политику или даже смену режима в Киеве. Несомненно, выборочное политическое преследование может принимать формы немотивированной агрессии в этой стране (хотя и не столь сильной, как в Турции и других практикующих политические аресты странах). Нет сомнения также и в том, что арест бывшего премьер-министра является особенно вопиющим фактом, хотя он и не так ярок на фоне Румынии и Хорватии, где бывшие премьер-министры были заключены в тюрьму. И что уж говорить о США, которые оставили позади весь остальной мир, содержа под стражей бывшего премьера Украины П. Лазаренко в течение прошлых 10 лет.

Главная проблема здесь в том, что сложно отобрать показатели, позволяющие обозреть все различия между западными стандартами и политическими стандартами и правами человека на Украине, находящимися в плачевном состоянии. Во-первых, столь взывающий к эмоциям случай Ю. Тимошенко ведет к отчуждению Запада от Украины, а не к прорыву в сфере политических ценностей. Во-вторых, редко удается найти идеальный случай, в котором все поделено на белое и черное, как в ситуации с действиями правительства Бирмы в отношении Аунг Сан Cу Чжи. Как сказано в недавнем докладе компании «Скадден Арпс», посвященном украинской судебной системе, и преследования со стороны правительства, и поведение Ю. Тимошенко на посту премьер-министра должны вызвать серьезные вопросы у юристов. Более того, показатели, которые мы видим на Украине (или, точнее, с которыми нам приходится иметь дело), отнюдь не говорят о том, что наши цели были достигнуты или наши интересы были лучше защищены.

Ю. Тимошенко, безусловно, нужно освободить. В то же время у Запада на Украине есть и другие интересы, не менее важные, чем судьба отдельного украинского политика. В конце концов, какой смысл в том, чтобы делать женщину препоном на пути более крупных интересов, которые мы еще не определили и, быть может, вообще не имеем? Примечательно, что сама Европейская комиссия, возможно, стала первой, кто разорвал эту смирительную рубашку — требование освобождения Ю. Тимошенко как предварительное условие любого рода встреч и переговоров с Украиной. 10 декабря 2012 года Европейская комиссия объявила о некоторых изменениях в политике взаимодействия с Украиной. Она подтвердила, что в ноябре 2013 года в Вильнюсе (Литва) на саммите «Восточное партнерство» ЕС подпишет Договор об ассоциации между Евросоюзом и Украиной и о создании глубокой и всеобъемлющей зоны свободной торговли.

Кроме того, в определенных обстоятельствах, определяемых политическими ценностями и предпочтениями, ЕС разрешит предварительное применение на деле некоторых частей договора о свободной торговле еще до его подписания и ратификации. Не прошло и недели после этого заявления, как президент Ж. Баррозу дважды обстоятельно говорил по телефону с президентом В. Януковичем, тем самым фактически аннулируя политику А. Меркель в отношении Украины, проходившую под лозунгом: «Мы не разговариваем с людьми, не разделяющими наши ценности». Кажется, что А. Меркель ошиблась. Европейский союз готов постоянно испытывать потрясение от юридических ошибок правительства В. Януковича и в то же время по-прежнему имеет волю к агрессивному соревнованию с Россией в сфере торговли и энергетики за политическое влияние на Украину. Иными словами, ЕС, похоже, выбрал политику ограниченного взаимодействия, а не политику конфронтации, результатом которой становятся те или иные санкции.

Какой бы путь разгадывания головоломки нашей политики в отношении России и Украины мы ни избрали, все ключевые политические решения будут приниматься в более широком контексте политики в Евро-Атлантическом регионе. С американской точки зрения, наиболее значимым приоритетом в Атлантическом регионе является европейское восстановление после экономического кризиса и сохранение ЕС несмотря на кризис. Как я уже отметил, вряд ли решению любой из этих задач будет способствовать экономический хаос в России или политический хаос на Украине. В действительности любое из этих событий углубит проблемы Европы, помешает хрупкому восстановлению американской экономики и затормозит создание новых рабочих мест. По логике взаимозависимости, если европейские лидеры всерьез затевают обсуждение с США создания зоны свободной торговли, то непонятно, с какой стати экономический обвал на востоке Европы, сложившись с крахом европейских финансов на юге Европы, будет признан лучшим способом провести торговый билль через Сенат или вернуть доверие рынков капитала. Атлантическое соглашение о свободной торговле уровня НАФТА будет невозможным, пока Европа не объяснит, почему она не контролирует своих ближайших соседей.

Наконец, для президента Б. Обамы желанен еще «поворот к Азии». Это одно общее дело для объединенного евро-атлантического сообщества ЕС и США — связанного в огромный альянс НАТО и интегрированного в систему свободной торговли, образующей почти 50% мирового богатства или объединенного ежегодного ВВП на 33 триллиона долларов. 

Сложно представить, чтобы Китай смог диктовать какие-либо стандарты столь огромному рынку и мощному альянсу. Однако совсем другое дело — бороздить Тихий океан вместе с европейским Западом, отделенным от европейского Востока политической культурой столь же решительно, как когда-то Европа, разделенная Сталиным; бороздить его вместе с Европой, отрезанной от ближайших и изобильных энергетических ресурсов в России, а также с США, неспособными получить доступ к транскавказскому или центральноазиатскому транзиту на евразийский субконтинент. В этом случае «потеря» или даже временное отчуждение от России и Украины позволит любому случайному мандарину или комиссару из Пекина диктовать условия торговли, безопасности и энергетических поставок как Вашингтону, так и Брюсселю.

Чтобы заслужить доверие в мировой политике, великая держава должна демонстрировать, что она может консолидировать и политически контролировать стратегические тылы. Европейский Восток и есть стратегический тыл Запада, наметившего своей целью азиатский поворот.

А кто такой советник Януковича Брюс Джексон?

Брюс Джексон — американский политик, президент Института переходных демократий.

Он является выходцем из семьи профессиональных разведчиков: его отец Уильям Хардинг Джексон в 1951 — 1956 годах работал заместителем директора ЦРУ. Сам Брюс Джексон с 1979 года служил в военной разведке армии США. С 1990 года перешел на работу в компанию «Lehman Brothers», занимался собственности исследованиями в области собственности и торговых операций. С 1993 года работал в компании «Локхид Мартин» в качестве вице-президента по стратегии и планированию. В 2002 году основал институт переходных демократий, который возглавляет по настоящее время.

С 1995 года принимал участие в ряде избирательных кампаний на стороне республиканской партии. В 2000 году был председателем комитета по внешней политикии в избирательной кампании Джорджа Буша. В 2008 году возглавил консультационную группу по внешней политике в избирательной кампании Джона Маккейна.

Основной деятельностью Брюса Джексона является поддержка восточноевропейских государств по их вступлению в НАТО. В 2002 году он, возглавляя неоконсеквативную неправительственную организацию «Комитет по освобождению Ирака», организовал так называемое «Письмо 10», котором руководители 10 восточноевропейских стран высказались в поддержку планов США по вторжению в Ирак. Во время выборов президента Грузии он входил в избирательный штаб Михаила Саакашвили. Являлся также советником Виктора Ющенко.

К России его отношение характеризуется цитатой:

Путин и его друзья из ФСБ строят государство национальной безопасности. Его министр иностранных дел, Иванов, недавно заявил, что Россия имеет право на военное вмешательство на всей территории СНГ. Россия хочет влиять на территории далеко за пределами своих границ. В этом большая проблема.


Комментариев пока нет

Новости партнёров