Россия История

Гибель лайнера "Армения"

11 ноября 2016
Символом масштабных катастроф на море стала гибель пассажирского лайнера «Титаник», которая в апреле 1912 года унесла жизни около 1500 человек. В действительности «Титаник» не входит даже в тридцатку морских катастроф с наибольшим количеством жертв. Самые страшные трагедии подобного рода приходятся на период Второй мировой войны, когда на дно уходили транспорты с тысячами людей, не только военнослужащих, но и женщин, стариков и детей.

7 ноября 1941 года в Чёрном море погиб советский теплоход «Армения», на борту которого было несколько тысяч человек. Трагедия «Армении» и по сию пору остается одним из «белых пятен» Великой Отечественной войны, поскольку на многие вопросы в этой истории ответы так и не получены.

В середине 1920-х годов, когда страна немного отошла от шока Гражданской войны, правительство задумалось о развитии гражданского судостроения. В 1927 году на Балтийском заводе в Ленинграде было завершено строительство теплохода «Аджария», головного корабля серии первых советских пассажирских лайнеров. В 1928 году на том же Балтийском заводе были закончены работы ещё над пятью кораблями данного проекта: «Крым», «Грузия», «Абхазия», «Украина» и «Армения».

«Армения» представляла из себя судно длиной 107,7 метра, шириной 15,5 метра, с высотой борта 7,84 метра и водоизмещением 5770 тонн. Обслуживал судно экипаж из 96 человек. Теплоход мог одновременно принять на борт до 950 пассажиров.

«Армения», как и другие суда проекта, предназначалась для перевозок между портами Крыма и Кавказа. Со своей задачей корабли справлялись отлично, имея очень приличную для своих габаритов скорость в 14,5 узла.

С началом Великой Отечественной войны «Армению» «призвали» на военную службу. На Одесском судоремонтном заводе её срочно переделали в плавучий госпиталь, рассчитанный на перевозку и оказание неотложной помощи 400 раненым.

10 августа 1941 года «Армения» начала исполнять свои новые обязанности. Капитаном судна был Владимир Плаушевский, главным врачом плавучего госпиталя назначили военврача 2 ранга Петра Дмитриевского. Главврач ещё недавно был лицом гражданским и работал в одной из больниц Одессы.

Обстановка на фронте складывалась удручающая. За пять дней до того, как «Армения» официально стала санитарным судном, враг вплотную подступил к Одессе. Кораблю пришлось заниматься эвакуацией из осаждённого города не только раненых, но и гражданских беженцев. Затем «Армения» приступила к вывозу раненых из Севастополя. К началу октября судно перевезло на Большую землю около 15 тысяч человек.

К концу октября 1941 года в Крыму сложилась катастрофическая ситуация. Одиннадцатая армия Манштейна, сметая советские линии обороны, занимала один город за другим. Угроза падения Севастополя в течение нескольких дней была более чем реальной.

В этих условиях 4 ноября 1941 года «Армения» вышла из порта Туапсе в направлении Севастополя. На её борту находилось пополнение для гарнизона главной базы флота. До Севастополя «Армения» дошла благополучно. 5 ноября капитан Плаушевский получает предписание: принять на борт не только раненых, но и личный состав всех госпиталей и медучреждений Черноморского флота, а также часть медперсонала Приморской армии.

С учётом того, что в этот момент бои за Севастополь только разворачивались, приказ выглядел несколько странно. Кто же будет спасать жизни раненых?

Историки, изучавшие этот вопрос, полагают, что командующий Черноморским флотом адмирал Филипп Октябрьский считал участь города предрешённой и решил начать эвакуацию.

Но 7 ноября 1941 года Октябрьский получил директиву Ставки, в которой говорилось: «Севастополя не сдавать ни в коем случае и оборонять его всеми силами».

Однако до 7 ноября распоряжений из Москвы ещё не было, потому «Армения» принимала на борт эвакуируемых медиков и не только их. На борт поднялись актёры местного театра имени Луначарского, руководство и сотрудники пионерлагеря «Артек» и многие другие.

Никаких точных списков тех, кто поднялся на борт «Армении», не было. Капитан Плаушевский получил ещё один приказ: после погрузки в Севастополе зайти в Ялту, где принять на борт беженцев и местный партийный актив. Уже после отхода из Севастополя пришло дополнительное распоряжение: зайти в Балаклаву и забрать специальный груз. Ящики на борт были доставлены в сопровождении сотрудников НКВД. Возможно, это было золото или ценности из музеев Крыма.

Здесь корабль ждали толпы беженцев. Вот что об этом вспоминала Вера Чистова, которой в 1941 году было 9 лет: «Папа купил билеты, и мы с бабушкой должны были уйти из Ялты на теплоходе "Армения". Ночью 6 ноября на молу было полно народа. Вначале грузили раненых, потом пустили гражданских. Билетов никто не проверял, и на трапе началась давка. Смелые лезли на судно по вантам. В суете с борта скидывали чемоданы, вещи. К рассвету погрузку закончили. Но на «Армению» мы так и не попали. Сотни людей остались на молу. Мы с бабушкой пошли в мастерскую отца на набережной. Там я уснула».

В тот момент остающимся попавшие на борт «Армении» казались счастливчиками. На самом же деле всё обстояло в точности наоборот.

Сколько людей к тому времени оказалось на «Армении»? По самым скромным оценкам, около 3000 человек. Верхней планкой является показатель в 10 000 человек. Скорее всего, истина где-то посередине, и на борту было от 5500 до 7000 человек. И это при том, что даже в своей «пассажирской» версии теплоход был рассчитан всего на 950 человек.

На самом деле «Армения» могла бы успешно эвакуировать и подобное количество людей, если бы отправилась из Ялты в тёмное время суток. Но погрузка была завершена около 7 часов утра.

Выход в море днём фактически без прикрытия был равносилен самоубийству. Адмирал Октябрьский позднее писал, что капитан «Армении» получил строгий приказ оставаться в порту до вечера, но нарушил его.

Но у капитана Плаушевского, по сути, выбора не было. Порт Ялты, в отличие от Севастополя, не имел мощной системы ПВО, а значит, суда здесь становились прекрасной мишенью для авиации. Кроме того, немецкие моторизованные части были уже на подходе к городу и заняли его всего через несколько часов.

Теплоход затонул за 4 минуты

Прежде,чем говорить о том, что случилось дальше, нужно заметить, что историки до сих пор не определились, можно ли считать «Армению» законной военной целью.

По законам войны санитарное судно, несущее соответствующие опознавательные знаки, к таковым не относится. Одни утверждают, что «Армения» была обозначена красным крестом, а значит, атака на теплоход – ещё одно преступление гитлеровцев. Другие возражают: свой статус «Армения» нарушила наличием на борту четырёх 45-мм зенитных пушек. Третьи и вовсе уверены, что теплоход, занимавшийся не только перевозкой раненых и беженцев, но и военных грузов, не имел знаков санитарного судна.

В качестве прикрытия «Армению» сопровождали два катера-сторожевика, а в небе находились два советских истребителя И-153.

Обстоятельства роковой атаки на теплоход тоже противоречивы. Долгое время считалось, что «Армения» стала жертвой нападения нескольких десятков бомбардировщиков. Об этом рассказывала одна из выживших пассажиров, жительница Ялты Анастасия Попова: «Выйдя в море, теплоход был атакован вражеской авиацией. Начался сущий ад. Взрывы бомб, паника, крики людей — всё смешалось в неописуемом кошмаре. Люди метались по палубе, не зная, куда укрыться от огня. Я прыгнула в море и поплыла к берегу, теряя сознание. Как оказалась на берегу — даже не помню».

Однако, сегодня более достоверной кажется версия о том, что самолёт был всего один: немецкий торпедоносец Не-111, принадлежавший к первой эскадрилье авиагруппы I/KG28. Это не была целенаправленная атака на «Армению»: торпедоносец искал любое из транспортных советских судов на линии «Крым – Кавказ».

Зайдя со стороны берега, Не-111 сбросил две торпеды. Одна прошла мимо, а вторая в 11 часов 25 минут попала в носовую часть теплохода.

«Армения» затонула всего за четыре минуты. Спасти удалось всего восемь человек из тех, кто был на борту. Могилой для тысяч стало дно Чёрного моря.

Найти не удалось

Загадки «Армении» на этом не закачиваются. Спустя 75 лет после трагедии точное место гибели судна так и не обнаружено.

Официальный рапорт о гибели «Армении» гласит: «В 11 ч. 25 м. (7 ноября 1941 года) ТР "Армения", шедший в охранении двух сторожевых катеров из Ялты в Туапсе с ранеными и пассажирами, был атакован самолётом-торпедоносцем противника. Одна из двух сброшенных торпед попала в носовую часть корабля и в 11 ч. 29 м. он затонул в ш = 44 гр.15 мин. 5сек., д = 34 гр.17 мин. Спасено восемь человек, погибло около 5000 человек».

Предполагаемое место гибели теплохода изучали неоднократно. В 2006 году к поискам подключился Роберт Баллард, нашедший на дне Атлантики «Титаник». На Украине сообщали, что «Армению» вот-вот найдут, но этого не произошло. Следов погибшего судна обнаружено не было.

Есть предположение, что настоящее место гибели «Армении» не там, где указано в документах. Согласно этой версии, капитан Плаушевский направил судно не в Туапсе, а в Севастополь, под защиту ПВО базы флота, но по пути был атакован торпедоносцем.

Это, однако, только предположение, как и многое другое в истории гибели «Армении».

Раскрыть все тайны можно будет только тогда, когда последнее пристанище корабля всё-таки будет найдено.

КРУПНЕЙШАЯ МОРСКАЯ ТРАГЕДИЯ ВТОРОЙ МИРОВОЙ: ДЖАВАД ОСТАЛСЯ С НИМИ

Когда смотришь на старые документы и фотографии периода войны 1941-1945гг., всегда хочется узнать больше о людях, с которыми они связаны. Начинаешь искать соответствующую информацию – и перед глазами буквально оживают славные и трагические страницы нашей истории.

Молодой человек на фотографии – Муратханов Джавад Фейзулла оглы.

Он родился в 1914г. в Сальянах. Семья Муратхановых была известной в этом городе – дед Джавада был местным судебным приставом. Скоро семья переехала в Баку и Джавад вырос в Ичери Шехер, на знаменитой улице Малая Крепостная. Его увлекла медицина и после школы он закончил фармацевтический факультет Азербайджанского Государственного Медицинского Инсти-тута. Затем работал в одной из бакинских аптек на Баилово. Только семьей обзавестись не успел. Пришла война и Джавад ушел защищать Родину. Семье было известно что Джавад в качестве военфельдшера -фармацевта находится в рядах 8-го отдельного медико-санитарного батальона Черноморского флота. Сохранилось и его письмо домой, где юноша просит не беспокоиться за него и не присылать ему деньги.

Обычное письмо с упоминанием всех близких его сердцу людей.

А в январе 1942г. через Ворошиловский райвоенкомат г. Баку отцу Джавада пришла «похоронка» на сына за подписью военного комиссара медико-санитарного отдела Черноморского флота - «В борьбе с германским фашизмом погиб в море 7-го ноября 1941».

И все – о каких-либо обстоятельствах гибели военфельдшера Муратханова ничего известно не было. Эти документы нам любезно предоставила племянница Джавада Муратханова – Гюльнара-ханум Раджабова – дочь сестры Джавада Луми-ханум Муратхановой-Амраховой. Это та самая сестренка Луми, о которой вспоминает в письме Джавад.

Благодаря сведениям из электронной базы данных «Мемориал» нам удалось узнать где, как и при каких обстоятельствах оборвалась в тот день жизнь Джавада.

Он погиб в морской катастрофе, равной катастрофе пяти (!) «Титаников», когда 7-го ноября 1941г. санитарный транспорт «Армения», на борту которого находился военфельдшер Муратханов, был потоплен в результате торпедной атаки немецкой авиации на выходе из Ялты.

Учетная карточка Джавада Муратханова, хранящаяся в ЦАМО СССР

Это был малоизвестный и, пожалуй, самый трагичный эпизод той войны на море. Транспорт"Армения" эвакуировал раненых и беженцев из Ялты, когда к городу уже подходили немецкие войска и был атакован фашистским торпедоносцем на траверзе Гурзуфа в районе горы Аю-даг. В результате прямого попадания торпеды судно переломилось и затонуло. Погибли практически все 7000 человек, находившихся на борту.

«Армения» на стапеле судостроительного завода.

Официальная информация о гибели «Армении» весьма скудна. Более интересную информацию дает «Итоговый отчет по боевой деятельности ЧФ в ВОВ 1941 — 1945 годов». Третий том этого закрытого документа оперативного отдела штаба Черноморского Флота сообщает, что «7 ноября 1941 года на санитарном транспорте «Армения» полностью погибли: «Севастопольский морской госпиталь» на 700 коек, военно-морской госпиталь ЧФ и его имущество, 5-й медико-санитарный отряд, базовый лазарет и так далее... число погибших — около 7000 человек, спаслось — 8 человек. После гибели «Армении», ЧФ остался без медицинского обеспечения, и пришлось создавать главный госпиталь ЧФ №40, базовые лазареты, призвав врачей из запаса. Погрузка на один сантранспорт всего состава нескольких лечебно-санитарных учреждений стала тяжелой ошибкой»...

Командиром судна был капитан-лейтенант В.Я. Плаушевский. Штатная эвакоемкость судна — 400 человек, имелась одна операционная и 4 перевязочных на 11 столов. Медперсонал судна: 9 врачей, 29 медсестер и 75 санитаров.

Среди членов медперсонала, кроме Джавада Муратханова было еще несколько наших земляков:

Ахундов Д.А. военврач 3-го ранга -врач-хирург;

Мамедова А.Х. – фармацевт

Ахундова Шарифа – врач-стоматолог

Всего до момента гибели «Армения» успела совершить 15 эвакорейсов (в основном — из Одессы и Севастополя) и доставила на Кавказ более 15 000 человек (в среднем — 1000 человек за рейс).

Судно было не столь велико (водоизмещением 6700 тонн), и рассчитано на перевозку 980 человек. Но в тот день людей на "Армению" набилось буквально как сельдей в бочке. Очевидцы вспоминают, что пассажиры стояли на палубе, тесно прижавшись друг к другу.

Возможно, военфельдшер Джавад Муратханов и мог бы спастись, но как медик, солдат и просто мужчина он предпочел не бросать раненых. Вероятно, еще и подумал – а что я скажу нашим ребятам с Малой Крепостной?...

Гибель 7 ноября 1941 года транспорта «Армения» является одним из самых трагичных случаев гибели пассажирских судов.

Источник

Комментариев пока нет

Новости партнёров