Россия История

Дугой по «Цитадели»: как просчитался Гитлер перед Курской битвой

04 мая 2016
Назовите мне такую страну, которая могла бы выдержать удар немецких орд и перейти в наступление. Такая страна была одна единственная во всём огромном мире. Другой такой страны не было и, наверное, никогда не будет. Такой страной был Союз Советских Социалистических Республик (СССР) или, как его ещё называли, Советский Союз. Та Россия, которую в 1991 году мы потеряли.

В апреле 1943 года Красная Армия, временно перейдя к обороне, сохранила за собой инициативу. На советско-германском фронте наступило весеннее затишье. Лишь на Кубани продолжались ожесточённые сражения за завоевание господства в воздухе. В центре же, вокруг Курска, образовалась своеобразная дуга, обращённая в сторону противника.

С севера над ней нависал находившийся в руках противника Орловский выступ. С юга линия фронта тянулась примерно по белгородской параллели. А западный конец дуги шёл чуть восточнее Севска, Рыльска и города Сумы. Внутри огромной дуги и близ неё стояли в напряжённом ожидании наши десять общевойсковых, две танковые и две воздушные армии Центрального и Воронежского фронтов.

Стратегическая пауза в течение апреля – июня 1943 года была использована обеими воюющими сторонами для выработки новых стратегических решений и подготовки к летним активным действиям. Войсками Центрального фронта, находящимися в северной части дуги у Орловского выступа командовал К.К. Рокоссовский, а войсками Воронежского фронта, расположенными в южной части дуги со стороны Белгорода командовал Н. Ф. Ватутин.

Два наших фронта, с трёх сторон окружённые немецкими войсками, которые находились в Орле, Белгороде, и Харькове, самим своим расположением манили немцев нанести удар именно по этим фронтам. Немецкое командование приняло решение встречным ударом сторон с севера и юга в общем направлении на Курск окружить и уничтожить советские войска, расположенные внутри Курской дуги. План был прост и реален.

Для окружения огромной группировки советских войск гитлеровцам требовалось пройти по прямой сравнительно небольшое расстояние. Операция получила наименование «Цитадель». Для её осуществления сосредотачивалось большое количество немецких войск группы армий «Юг» под командованием Манштейна севернее Харькова и группы армий «Центр» под командованием генерал-полковника Клюге южнее Орла. Уничтожив войска 2-х указанных наших фронтов, немцы предполагали ударить в тыл Юго-Западного фронта (провести операцию «Пантера») и, в конечном счёте, выиграть не только битву под Курском, но и всю войну.

Для осуществления операции противнику надо было прорвать нашу оборону, а для прорыва обороны немцам нужны были новые образцы боевой техники, против которой не могла бы устоять оборона армий Воронежского и Центрального фронтов. В качестве такой техники немцы выбрали тяжёлые танки «тигр» и «пантера», а также самоходную артиллерийскую установку «фердинанд», самолёты «Хейнкель-129», «Фокке-Вульф-190А».

Немецкое командование было уверено в создании необходимого количества бронетехники и самолётов, так как, используя промышленность всей Европы, Германия сумела увеличить по сравнению с 1942 годом производство танков в 2 раза, а самолётов – в 1,7 раза. Гитлеру казалось, что нет силы, которая могла бы устоять против армады новейшей тяжёлой техники, способной сокрушить любое препятствие на своём пути.

Но проблемы у немецкого командования были, и не только в восстановлении разгромленных советскими войсками бронетанковых войск. Основная проблема фашистского командования состояла в восполнении потерь в людях. Уж больно много фашистов перебили войска доблестной Красной Армии. Так много, что правительство нацистской Германии приняло решение и провело в 1943 году в стране тотальную мобилизацию, призвав в армию даже 50-ти летних мужчин.

А ведь 1943 год являлся только началом массового уничтожения в боях немецко-фашистских захватчиков. Но сегодня в головы наших обманутых россиян СМИ вбили мнение о якобы незначительных потерях Германии и огромных потерях Советского Союза в период Великой Отечественной войны 1941-1945 годов.

Потери войск Германии были настолько велики, что уже к лету 1943 года, несмотря на тотальную мобилизацию, Германия не смогла довести численность своих войск на Восточном фронте до уровня весны-осени 1942 года, которая в то время составляла около 6,2 млн. человек и на 1,1 млн. человек превышала численность войск Красной Армии. Численность своих войск на Восточном фронте Германия смогла довести до 4,8 млн. Кроме того, 525 тысяч человек насчитывали войска сателлитов Германии.

СССР не имел таких потерь, и к лету 1943 года в составе нашей действующей армии было 6,6 млн. человек. Впервые за всю войну численность советских войск превысила численность войск противника.

Красная Армия имела на вооружении 105 тысяч орудий и миномётов, около 2200 боевых установок реактивной артиллерии, 10,2 тысячи танков и САУ, свыше 10,2 тысяч боевых самолётов. Противник имел 54,3 тысяч орудий и миномётов, 5 тысяч 850 танков и штурмовых орудий, 2980 боевых самолётов.

Назовите мне такую страну, которая смогла бы в условиях войны эвакуировать 1673 крупных промышленных предприятия и выпустить военной продукции больше Европы с населением более 300 миллионов человек.

Назовите мне такую страну, которая могла бы выдержать удар немецких орд и перейти в наступление. Такая страна была одна единственная во всём огромном мире. Другой такой страны не было и, наверное, никогда не будет. Такой страной был Союз Советских Социалистических Республик (СССР) или, как его ещё называли, Советский Союз. Та Россия, которую в 1991 году мы потеряли.

Как видно, Советский Союз имел к лету 1943 года почти в 2 раза больше противника танков и штурмовых орудий, а также орудий и миномётов, более чем в три раза боевых самолётов.

«Среднегодовое производство танков и самоходных установок в СССР было почти в 2 раза больше, чем в Германии, в 4 раза больше, чем в Англии; орудий – в 6,3 раза больше, чем в Германии, в 1,5 раза больше, чем в США, и в 5,3 раза больше, чем в Англии; самолётов – в 1,7 раза больше, чем в Германии, и в 1,5 раза больше, чем в Англии. Всё это, в конечном счёте, и создало материальные предпосылки для великой победы русского народа над германскими захватчиками», - пишет О. А. Платонов. 

А либералы пишут, что якобы мы выиграли войну благодаря помощи США и Англии. Нет, мы выиграли войну благодаря тому, что в производстве оружия намного превзошли страны Запада.

Немецкое командование не знало о нашем превосходстве в вооружении и численности войск и даже не могло предполагать, что обыкновенные люди способны на такие достижения. Уже к осени 1942 года русские превзошли немцев по производству всех видов вооружения. При таком количестве оружия в советских войсках и возросшей степени организации наших войск у противника не было никаких шансов на успех.

Но мы тоже тогда не знали о своём значительном превосходстве над Германией в вооружении, и верховный главнокомандующий И. В. Сталин, выбирая между наступлением и обороной, очень опасался, что немцы при нашем наступлении смогут прорвать фронт. Он выбрал преднамеренную оборону, организовав укрепление позиций наших войск на самом высоком уровне инженерной и военной наук.

С восточной стороны за Воронежским и Центральным фронтами Ставка расположила резервные армии, которые представляли собой полноценный фронт и в дальнейшем были объединены в Степной фронт под командованием замечательного полководца И. С. Конева, который был переведён с должности командующего Северо-Западным фронтом. В результате первые два фронта, с трёх сторон окружённые немецкими войсками, с четвёртой стороны ощущали локоть товарищей, своих советских войск Степного фронта.

В истории войн не было случаев, когда создавались бы такие мощные стратегические резервы, объединённые единым фронтовым командованием. Впервые такую форму организации резервов применило наша Ставка Верховного Главнокомандования.

За Степным фронтом тоже располагалось не пустое пространство, а труднопреодолимые преграды и крупные войсковые заслоны советских армий, потому что в тылу от фронта готовился государственный рубеж обороны.

Советская разведка к лету 1943 года окрепла и представляла советскому командованию довольно точные данные о плане немецкого наступления на Курской дуге. Данные разведки подтверждались и дополнялись сведениями партизан о перемещении немецких войск. Соответствовали сведения и выводам Ставки и Генерального штаба, проанализировавшим ситуацию и пришедшим к тем же выводам, о которых сообщала разведка. Отсутствовало только одно важное сведение, – с какого направления (северного или южного) немцы подготовили более сильный удар.

Не сразу пришло решение о действии наших войск, а именно: наступать нам или обороняться. Решение принималось с учётом мнения большинства крупных военачальников страны. От Ватутина и Рокоссовского были запрошены предложения в письменном виде. Вопреки сложившемуся мнению, надо заметить, что в своём донесении К. К. Рокоссовский предложил не обороняться, а наступать на орловскую группировку противника силами Западного, Брянского и Центрального фронтов.

На совещании 12 апреля вечером представители Ставки в лице И. В. Сталина, Г. К. Жукова, А. М. Василевского и А. И. Антонова приняли предварительное решение о преднамеренной обороне. То есть оборона наших войск была не вынужденной, а преднамеренной. Целью создания такой обороны являлось создание выгодных условий для последующего перехода в наступление.

Каждое решение принималось советским командованием взвешенно и глубоко продумано. Советским войскам надо было обязательно выиграть Курскую битву, потому что в противном случае нам пришлось бы всё начинать сначала, и неизвестно, хватило бы у страны ресурсов для нового перелома войны в нашу сторону. Курская битва была третьим, решающим раундом борьбы Европы с Советским Союзом, Россией.

Умудрённые двумя годами войны наши военачальники строили оборону с высочайшей степенью мастерства, не жалея ни сил, ни средств. Особенно помогало построить оборону знание направлений главных ударов и сравнительно небольшая ширина фронта.

К. К. Рокоссовский пишет, что всего войска его фронта за апрель-июнь отрыли до 5 тысяч километров траншей и ходов сообщения, установили до 400 тысяч мин и фугасов, сотни километров проволочных заграждений, включая электризованные.

Крупные артиллерийские соединения – дивизии и корпуса позволяли сосредоточивать большие массы артиллерии на нужных направлениях. Сильнее стала наша авиация, оснащённая самыми современными по тем временам самолётами.

Существует мнение, что Н. Ф. Ватутин не сосредотачивал войска на опасных направлениях, а распределил равномерно по линии фронта. Но такое мнение не соответствует действительности. Г. К. Жуков писал: «Я хочу возразить против утверждения, что в отличие от Центрального фронта командование Воронежского фронта… рассредоточило усилия в полосе шириной в 164 километров, не массировало силы и средства на направлении главного удара врага. Это неверно… в полосе 6-й и 7-й гвардейских армий (где ожидался главный удар немецких войск – Л. М.) были сосредоточены почти все артиллерийские части и соединения резерва Главного Командования, все танковые части и соединения и все фронтовые резервы. К тому же ещё «в затылок» обороны 6-й армии была поставлена 1-я танковая армия, хорошо подготовившая оборонительный рубеж, а за стыком 6-й и 7-й гвардейских армий в глубине располагалась 69-я армия на подготовленном оборонительном рубеже.

Кроме того, в оперативной зоне за 6-й и 7-й гвардейскими армиями находились резервы фронта – 35-й гвардейский стрелковый корпус, 2-й и 5-й гвардейские танковые корпуса. Следовательно, критика командования Воронежского фронта построена на неточном подсчёте плотностей сил и средств в специфических условиях оперативно-стратегической обстановки».

Именно по 6-й и 7-й гвардейским армиям пришёлся главный удар южной группировки немецких войск. Н. Ф. Ватутин принял все возможные меры для укрепления обороны на направлении главного удара противника.

Многополосная оборона на Курском направлении простиралась на глубину 250-300 километров.

Наиболее развитой в инженерном отношении и укреплённой являлась тактическая зона обороны, глубина которой впервые за время войны достигала 15-20 км при наличии развитой сети траншей и ходов сообщения. «Организация обороны в Курской битве явилась обобщением огромного опыта, накопленного в ходе войны. Оборона была глубоко эшелонированной, многополосной с широкоразвитой противотанковой системой огня, со всеми типами инженерных укреплений и заграждений.

Оба фронта имели в распоряжении резервы в составе общевойсковых и танковых соединений. Три месяца наши войска усиленно готовились дать достойный отпор врагу. Напряжённость работы не ослабевала ни днём, ни ночью. К началу боёв все части, в том числе и находящиеся в резерве, зарылись в землю; была зарыта в землю и боевая техника. По всем правилам военного искусства, получившего своё развитие в ходе войны, были созданы группировки войск и организованы системы огня, особенно противотанкового, круговая оборона деревень, сёл и городов, хорошо подготовлены оборонительные рубежи», - писал И. С. Конев.

Необходимо ещё раз подчеркнуть, что кроме указанных мер по созданию прочной обороны в тылу наших войск Воронежского и Центрального фронтов стояли войска Степного фронта.

«Знал ли противник об организации прочной обороны в тылу наших фронтов? Знал. И это сыграло положительную роль. Враг полагал, что мы готовимся только к оборонительному сражению. Имея огромное число танков и самоходных орудий новейших образцов, гитлеровцы надеялись, что удержать их будет невозможно…Пожалуй, это единственный беспрецедентный случай в военной истории, когда сильная сторона, имевшая все возможности для наступления, перешла к обороне. Дальнейший ход событий подтвердил, что в данном случае было принято правильное решение.

Подготовку и действие фронтов в Курской битве Ставка поручила координировать Маршалам Советского Союза Г. К. Жукову и А. М. Василевскому», - констатировал И. С. Конев.

Рассказывая о плане Курской битвы, А. М. Василевский подчёркивал, что этот план являлся центральной частью общего стратегического плана, принятого Ставкой на летне-осеннюю кампанию 1943 года. Так же он обращает внимание на то, что решающую роль в разработке плана сыграли высшие органы стратегического руководства – Ставка Верховного Главнокомандования и Генеральный штаб.

На Курской дуге к началу немецкого наступления Воронежский и Центральный фронт имели: свыше 1336 тысяч человек, 19,1 тысячу орудий и миномётов, 3444 танка и САУ и 2172 самолёта (а с учётом самолётов дальней авиации 17 ВА, Юго-Западного фронта и ночных бомбардировщиков У-2 – 2900 самолётов). Степной фронт насчитывал 573 тысячи человек, 7401 орудие и миномёт и 1551 танк и САУ.

Немецкое командование начало операцию «Цитадель», имея в составе двух ударных группировок 900 тысяч человек, около 10 тысяч орудий и миномётов, до 2700 танков и штурмовых орудий и около 2050 самолётов. Советские войска Центрального и Воронежского фронтов превосходили противника в людях в 1,4 раза, в танках и САУ – почти в 1,3 раза, в орудиях и миномётах – в 1,9 раз.

Советское командование постоянно находилось в напряжении. Гитлер трижды переносил сроки наступления, и многие наши военачальники начали склоняться к тому, чтобы нашим войскам самим перейти в наступление против Орловской и Белгородско-Харьковской группировки немецких войск. Тем более что детально разработанный Ставкой план Курской битвы предусматривал после обороны переход советских войск в наступление.

Источник

Комментариев пока нет

Новости партнёров