Россия Культура

Александр Зиновьев: перестройка — это великое предательство

01 ноября 2016

Март для России является традиционно тревожным месяцем. Именно в марте в 1881 году был убит император Александр Второй, чья гибель во многом предопределила великие революционные потрясения XX века, 5-го марта 1953 года загадочно и внезапно умер Сталин, что стало зловещим предзнаменованием гибели Советского Союза. И, наконец, в марте 1985 года к власти пришёл Михаил Горбачёв, и началась пресловутая перестройка, которая, собственно, и добила окончательно великое советское государство.

Однажды, десять лет назад, на тему гибели СССР мне довелось общаться с великим русским философом и социологом Александром Зиновьевым. Ещё при жизни (а умер Александр Александрович в 2006 году) его считали живым классиком. Книги Зиновьева «Зияющие высоты», «Катастройка», «Горбачевизм», «Гибель русского коммунизма» и другие, анализирующие причины распада Советского Союза, до сих пор издаются на всех континентах.

Необычна и судьба самого автора. Студентом в 30-е годы он готовил покушение на Сталина. Воевал в годы Великой Отечественной. Преподавал логику в Московском университете. Его лекции собирали сотни слушателей. После того, как за границей стали выходить его книги, критикующие советскую партийную систему, Зиновьева выслали из страны, и до августа 1999 года он жил в Германии.

Однако вынужденная эмиграция, продолжавшаяся свыше двадцати лет, не сделала из него ярого антисоветчика и врага России!

Мало того, жизнь на Западе позволила ему изнутри увидеть западное общество и понять всю пагубность его влияния на нашу страну. Вот почему Зиновьев буквально в штыки встретил перестройку и все последующие за ней события.

Думаю, что мысли, которые он высказал в беседе с автором этих строк, во многом не потеряли своей актуальности и сегодня.

«Сталину следует отдать должное»

— Александр Александрович, некоторые критики, журналисты и прочие исследователи вашего творчества до сих пор не могут понять, каких убеждений вы придерживаетесь. Ведь, с одной стороны, вы жёстко критиковали советский государственно-партийный строй, а с другой – абсолютно не приемлете политический режим, установившийся в нашей стране после падения Советской власти.

Так кто же вы, писатель Александр Зиновьев?

— Если говорить о моих убеждениях, то я, наверное, остаюсь, как и в годы моей молодости, романтиком коммунистической идеи в духе Томаса Мора, Кампанеллы, социалистов-утопистов, Чернышевского. Марксистом я никогда не был, хотя и не отрицаю величие учения Маркса. А если иметь в виду мою политическую принадлежность, я никогда не принадлежал и не принадлежу ни к каким политическим партиям и движениям. Я абсолютно независимый человек. С юношеских лет исповедую принцип – я есть суверенное государство в одном лице.

Порой дело с моими убеждениями доходило до смешного. Однажды меня пригласила на свой съезд итальянская Радикальная партия. И я присутствовал на съезде как глава самостоятельной партии, состоящей из одного человека (смеётся).

— Наверное, по этой причине после высылки из СССР вас так невзлюбила русская политическая эмиграция, которая была буквально рассортирована на политические партии и блоки?

— Вы правы. Я с ними дел имел очень мало. К тому же не считал себя диссидентом и не желал оказаться под эмигрантским контролем. Даже не под их контролем, а под влиянием западных спецслужб, содержавших эмигрантские «партии». У них все роли были распределены на много лет вперёд — этот гений, этот полугений, этот вечный кандидат в гении. Ну и так далее.

В общем я как человек, чьи произведения издавались на Западе ещё до высылки из страны, как-то не вписался в их табель «гениальности». Русскоязычные издательства отказались печатать мои книги. Начались крайне враждебные выпады в мой адрес со стороны Солженицына. Пнул меня и Андрей Сахаров, давший интервью одному французскому изданию по поводу моей социологической литературы. Раскритиковал меня так, как не критиковали даже партийные идеологи в Советском Союзе!

— Вы были известным критиком культа личности Сталина. А теперь во многих своих статьях отзываетесь о нём как об одном из самых великих людей в истории человечества…

— Я был не просто критиком Сталина. В юности я входил в террористическую организацию, готовившую на него покушение. Его культ не вписывался в мои идеалы романтического коммунизма. Во время празднования Первого мая 1939 года я должен был пробраться к Мавзолею с гранатой за пазухой… Правда, арестовали меня не за готовящийся теракт, а за одно антисталинское публичное выступление. Был расстрельный приговор, не приведённый в исполнение только по причине того, что мне удалось бежать и долго скрываться. Подробности той эпопеи я описал в книге «Исповедь отщепенца»…

Я пересмотрел свои взгляды на Сталина после его смерти. Меня бесило, что его стали критиковать те, кто лизал ему пятки при жизни. Они вдруг в одночасье превратились в ярых антисталинистов. Смотреть на это было противно. Восточная мудрость гласит: мёртвого льва может лягнуть даже осёл.

Не отрекаясь от части прежних претензий к Иосифу Виссарионовичу — как-то: бюрократизация партийного аппарата, доходящий порой до абсурда культ вождя и т.д. — я не смею отрицать сталинских достижений. В истории страны больше не было таких периодов, когда бы Россия достигала столь впечатляющих успехов в очень короткие сроки. Мы впервые добились независимости от западного мира и предложили человечеству альтернативный путь развития. СССР во многом был надеждой для развивающихся стран, стремящихся к полному суверенитету.

Вот почему я был и остаюсь советским человеком и считаю коммунизм идеалом для всех людей планеты. И немалая заслуга в этом принадлежит Сталину. Мне кажется, что он войдёт в историю символом прошедшего века, как Ленин и Мао Дзэдун.

«Страну предали её руководители»

— Тогда почему же сторонники коммунистических идей проиграли Западу схватку в холодной войне?

— Сработал целый комплекс факторов как внутренних, так и внешних. Вопреки провозглашаемым лозунгам, произошло социальное расслоение советского общества. Появилась так называемая номенклатура, имевшая всё и вся, строившая своё благополучие зачастую за счёт менее привилегированных сограждан. Правящая марксистская идеология утратила первоначальный смысл и превратилась во всеобщее посмешище. Партийный аппарат ничего не попытался сделать для исправления назревавшего идеологического кризиса. Были и другие внутренние причины, подрывавшие силы Советского Союза.

Что же касается внешних факторов, то надо помнить, что против нашей страны велась жёсткая холодная война. И велась не на равных условиях. Противник превосходил нас во всех отношениях. Население: у них один миллиард человек, у нас – чуть больше двухсот миллионов. Да и человеческий материал у них был качественней. Потенциал западной экономики превосходил наш раз в пятьдесят.

Но главной причиной поражения стало поголовное предательство правящего партийного аппарата. Запад купил его с потрохами и с успехом осуществил государственный переворот как диверсионную составляющую холодной войны.

Живя за границей, я это видел своими глазами. Я видел, как представители западных спецслужб готовили приход Горбачёва. Помню, как ещё в 1984 году, то есть за год до его вхождения во власть, один мой переводчик, являвшийся одновременно сотрудником британской разведки, говорил: «Александр, погоди немного, и мы посадим на русский престол нашего человека». Этот человек и был Горбачёв.

А теперь проанализируйте ситуацию в ЦК, когда Горбачёва избирали Генеральным секретарём. От участия в выборах генерального секретаря искусственно устранили людей, которые могли сорвать его выборы. Почему вылет Щербицкого, первого секретаря ЦК КП Украины, был задержан в Америке? И зачем он вообще туда полетел аккурат в канун Пленума ЦК?! Почему оказался изолирован и дискредитирован первый секретарь Ленинградского обкома партии Романов, который был первым конкурентом Горбачёва? Почему Громыко согласовывал кандидатуру Горбачёва не где-нибудь, а в США?!

Думаю, что пройдёт ещё не менее пятидесяти лет, прежде чем архивные данные подтвердят факты массового предательства верхушки КПСС.

— Неужели их всех купили американцы?

— Кого-то купили. А кто-то стал предателем по собственной глупости. Например, Лигачёв, который на пленуме 1985 года активно проталкивал Горбачёва, а ещё раньше руководил кампанией по дискредитации ленинградца Романова. Когда же Егор Кузьмич очухался, то было уже поздно…

А если брать руководящее звено на уровне секретарей обкомов, то мне кажется, что им просто пообещали оставить в неприкосновенности все льготы и привилегии. Ведь обратите внимание, никто из них не пострадал после антикоммунистического переворота. Только Кручина, завхоз ЦК, вывалился из окна. Остальные благоденствуют и поныне.

Я вот наблюдаю за некоторыми моими учениками, которые при Советской власти сделали в КПСС удачную карьеру. Они и сейчас при хороших должностях...

«Народ вполне достоин своих правителей»

— Ну хорошо, ЦК продал страну. Но как же рядовая партийная масса стерпела развал Советского Союза? Почему миллионы остальных советских граждан остались равнодушными к судьбам своей державы?

— Мне кажется, народ был в шоке от того, что государство разрушали не некие абстрактные внешние враги, а его правители. Те самые, которые на партийных съездах неоднократно клялись в верности партии Ленина. В обезглавленном государстве народный дух и воля к сопротивлению оказались парализованы…

Но это только одна сторона медали. Я хоть и считаю себя патриотом России, однако не хочу идеализировать русский народ. К великому сожалению, есть у нас специфические национальные черты, вызывающие отторжение: холуйство перед начальством, покорность любой власти и собственной рабской судьбе…

В начале войны наша часть попала в окружение. Надо было либо прорываться к своим, либо сдаваться в плен. Многие решили сдаться. Нас несколько человек с оружием в руках ушли на прорыв. Мы вышли из окружения. А позади слышались автоматные очереди и крики оставшихся людей: немцы пленных убивали… Опыт войны показал, что только суровые сталинские меры смогли остановить бегство Красной Армии. И случилось чудо: тот самый народ, который паниковал перед немцами в начале войны, сломал хребет Гитлеру и проявил чудеса настоящего героизма.

Наверное, если бы в перестроечные годы нашлись в ЦК пара-тройка решительных патриотов, то ситуацию можно было бы изменить к лучшему, уничтожив предателей и мобилизовав народные массы. В начале перестройки журналист газеты «Правда» Владимир Большаков спросил меня: «Как остановить падение в пропасть?» Я ответил: «Повесить в 24 часа Горбачёва, Ельцина, Яковлева и Шеварднадзе».

Но решительных людей в партии не нашлось. Это, кстати, тоже характеризует наш народ не лучшим образом.

— Что вы думаете о президенте Владимире Путине?

— Думаю, что он упустил шанс стать великим президентом страны. Несмотря на то, что был ставленником Ельцина, он мог пойти на кардинальные шаги. Вспомните Наполеона. Чей он был ставленник? Директории. Что он с ней сделал? Разогнал и стал проводить свою политику. Путин шёл на выборы при полной поддержке народа, уставшего от вакханалии ельцинской эпохи. С такой поддержкой можно было добиться многого.

Я помню, как запаниковал Запад, когда возникла его кандидатура. Ведь в отличие от других ельцинских преемников он не был креатурой Вашингтона. И на Западе были готовы к тому, что: а) Путин объявит результаты приватизации преступными и отменит их, б) национализирует финансовую систему страны, в) отдаст под суд главных разрушителей российской экономики. То есть он мог изменить ситуацию в стране в лучшую сторону и вернуть России независимость. А что он сделал? Объявил итоги приватизации незыблемыми, узаконив тем самым ельцинский беспредел. Запад успокоился и продолжает выделывать с нами всё, что ему заблагорассудится.

Многие говорят, что в отличие от Ельцина Путин хоть что-то полезное делает. Но идеология мелких дел есть идеология капитулянтства. Поэтому Россию, на мой взгляд, ничего хорошего не ждёт в обозримом будущем...

P.S. Время показало, что Путин всё же не является про-западной марионеткой — в этом, по всей видимости, Александр Александрович ошибался. Сегодня нашего президента Запад ненавидит ничуть не меньше, чем в своё время того же Сталина и других самостоятельных советских руководителей. Посмотрим, как Владимир Владимирович выдержит это давление. Видимо, тогда и можно будет однозначно судить, насколько нынешнее российское руководство обладает политической волей к суверенитету, и насколько оно извлекло уроки из всех прошлых российских трагедий развала страны...

Источник

Комментариев пока нет

Новости партнёров